Рыжее несчастье для босса  - Айрин Лакс

– Дим, что ты придумываешь? – возмутилась я, а потом вспомнила пронырливую, бойкую женщину, сунувшую свой нос в сгоревшую квартиру, желающую взять интервью. От интервью я отказалась, но, видимо, эта мадам успела втихаря сделать пару снимков.

– Вот же наглая репортёрская морда! Дим, ты же знаешь, их хлебом не корми, дай только повод раздуть из мухи слона.

– И пожар они тоже раздули из ничего? Монтаж хочешь сказать? Витька уже подтвердил, что мы теперь погорельцы…

– Извини, – вздохнула я, – пожар был.

– Мне почему не позвонила сразу же? Да я чуть с ума не сошёл, когда это увидел! Тебя, дурёху, обыскался. Телефон включать разучилась?..

А вот это уже интересно. Телефон, кажется, я не отключала. Максим поднял голову со взъерошенными волосами, прошептав одними губами:

– Это я выключил, ещё вчера. Он в твоей сумке трезвонил без конца.

– Так, всё, – продолжал бушевать Димка, – пожила отдельно – и хватит. Вон чего учудила, спалила хату дотла, как только сама не погорела! Мало того, ещё и в букмекерской ночами ошиваешься! Я тебе сколько раз говорил, чтобы ноги твоей не было в этом приёмнике для неадекватов и неудачников. И не надо мне рассказывать, что там охранники сидят и смогут защитить в случае чего. Они только пузо своё чесать горазды!

Значит, Славик, мерзопакостное насекомое, всё же наябедничал брату… Максим внимательно прислушивался к гневной тираде Димы, подперев рукой голову.

– А вот тут я с твоим братом полностью согласен. Нечего тебе там делать.

– Живо говори, где ты сейчас находишься. Я в город въезжаю, тебя заберу – и чтоб от меня ни на шаг! – Дима был настроен очень решительно.

– Дима, мне пришлось комнату снять… на время.

– Никаких съёмных комнат. Вернёшься домой – и точка. Комната тебе нужна? Будет. Альбинино барахло перевезём куда-нибудь…

И тут подала сладкий капризный голосок моя ненаглядная сноха:

– Но, зая, мне для работы нужно много места и света!..

На пару секунд повисла тишина. Ох, сейчас кого-то прорвёт. Рыжий «зая» всем задаст жару. Я-то знаю, что когда братец трубит, как пожарная сирена, есть два запретных слова «нет» и «но». Они способны вывести его из себя в два счёта так, что мало не покажется. Когда Димка орёт, нужно произносить слов как можно меньше и уже после того, как он выдохнется, спокойно с ним разговаривать. Странно только, что Альбина за всё время знакомства ещё не поняла этой черты характера. Ни разу не орал он на неё, что ли?

– Места тебе мало? – голос Димки удалился.

Наверняка он повернул голову в сторону своей жены:

– Будет тебе место… Много. У нас лоджия огромная. Там стадо коней пасти можно, а света, вообще, хоть жопой ешь!

Я не удержалась от смеха, уткнувшись лицом в подушку. Признаюсь, цена за то, чтобы услышать подобные слова, адресованные в адрес Альбины, оказалась чересчур высока, но как же приятно, чёрт побери!..

– Но зая… – всё ещё пытается возразить Альбина едва слышно.

– Нет больше заи! Издох, лопнул… Кончился! У меня сестра чуть заживо не сгорела, а ты ко мне со своими капризами лезешь!

Вот кому-то перепало так перепало. Я, уже не сдерживая себя, довольно гогочу в подушку.

– А ты что веселишься? – кажется, это уже адресовано мне.

Я прочищаю горло:

– Дима, я сейчас на работу собираюсь. Обязательно встречусь с тобой чуть позднее, хорошо?

– Ладно, – недовольно соглашается брат, – всё равно на пожар опоздали.

И отключается.

– А почему ты брату не стала звонить? – спрашивает Максим и поспешно добавляет, – я тебя от себя не отпускаю. Но просто интересно…

– Долгая история. Если вкратце, со снохой общий язык не нашли. Семейные передряги, ничего особенного. У тебя таких, что ли, нет?

По лицу Максима пробегает лёгкая тень, он согласно кивает, но ничего не говорит в ответ. А я всё же встаю:

– А вот теперь на самом деле пора уже и собираться.